Просмотров - 84

28 августа 2017 13:59

О практике проведения прокурорами антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов

В соответствии со статьей 9.1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в ходе осуществления своих полномочий в порядке проводит антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов и организаций, органов местного самоуправления, их должностных лиц.

При выявлении в нормативном правовом акте коррупциогенных факторов прокурор вносит в орган, организацию или должностному лицу, которые издали этот акт, требование об изменении нормативного правового акта с предложением способа устранения выявленных коррупциогенных факторов либо обращается в суд в установленном порядке.
Проведение такой экспертизы нормативных правовых актов играют особую роль в деле исключения норм, создающих возможности и условия для проявлений коррупции.
Как показало проведенное обобщение, коррупциогенные факторы прокуроры выявляют в нормативных правовых актах, регулирующих правоотношения в различных сферах, в том числе при предоставлении государственных и муниципальных услуг.
Прокурорами в Дальневосточном федеральном округе в 2016-2017 гг. изучено 71 844 нормативных правовых акта и их проектов, в 3128 из которых выявлено 3 398 коррупциогенных факторов. По мерам прокурорского реагирования в 70% актах коррупциогенные нормы исключены. Остальные находятся в стадии приведения.
Коррупциогенные факторы содержались в нормативных правовых актах (и их проектах), регламентирующих права, свободы и обязанности граждан, регламентирующих вопросы прохождения государственной и муниципальной службы.
Так, по протесту прокурора Приморского края из Порядка назначения и выплаты пенсии за выслугу лет государственным гражданским служащим края исключен коррупциогеный фактор, предусматривающий обязанность государственного служащего предоставить трудовую книжку и ее копию для хранения в кадровой службе государственного органа, что являлось обременительным требованием, а также могло повлечь необоснованные расходы на изготовление копии документов.
В Республике Саха (Якутия) при оценке законности постановления главы муниципального образования «Усть-Янский улус (район)», регулирующего порядок предоставления мер социальной поддержки педагогическим работникам муниципальных образовательных организаций, прокуратурой установлено, что в нарушение законодательства указанный акт не содержал оснований для отказа в предоставлении мер социальной поддержки работникам, что создавало предпосылки к произвольному принятию уполномоченным органом и его должностными лицами решения об отказе, выбору по своему усмотрению лиц, которым такая поддержка могла быть предоставлена. В целях устранения выявленных противоречий прокуратурой района главе муниципального района в порядке ст. 9.1. Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» внесено требование, по результатам рассмотрения которого нормативный правовой акт приведен в соответствие с законом.
Зачастую в нормативных правовых актах содержалась неопределенность, что позволяло правоприменителям по своему усмотрению толковать их предписания.
К примеру, в Камчатском крае по инициативе прокуратуры судом признаны незаконными положения двух постановлений регионального правительства в области поддержки сельхозпроизводителей. В их числе: Порядок предоставления сельскохозяйственным товаропроизводителям края грантов на создание и развитие бройлерного производства и первичную переработку мяса птицы, Порядок предоставления сельхозпроизводителям грантов на создание убойных пунктов в крае. Правовые акты не предусматривали критерии и порядок оценки участников конкурса, в них отсутствовала ясность — чем руководствуется конкурсная комиссия при оценке результатов конкурса, при определении размера гранта; не был предусмотрен порядок получения от участников конкурса документов, подтверждающих их статус как сельхозпроизводителей. Кроме этого, вопреки положениям Гражданского кодекса Российской Федерации решение о выделении гранта должно было приниматься не по результатам конкурса, а конкурсной комиссией путем простого голосования. Противоречия закону и неопределенность содержания нормативных актов позволяли правоприменителю по своему усмотрению толковать их предписания. Это нарушало как законодательство о противодействии коррупции, так и права лиц, желающих принять участие в Государственной программе поддержки сельхозпроизводителей с целью получения гранта. По мерам прокурорского реагирования нарушения закона устранены.
Значительное число коррупциогенных факторов выявлено прокурорами в нормативных правовых актах органов местного самоуправления по предоставлению населению муниципальных услуг.
К примеру, в Сахалинской области по протесту Охинского городского прокурора Административный регламент исполнения муниципальной функции по осуществлению лесного контроля дополнен положениями, определяющими обязанности лиц органа муниципального контроля при проведении проверок юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Неполнота административной процедуры могла повлечь нарушение прав субъектов предпринимательской деятельности, в отношении которых органом муниципального контроля проводятся проверки.
Отдельные нормативные правовые акты противоречили бюджетному законодательству, предоставляли возможность произвольного усмотрения распоряжения бюджетными средствами.
Так, в Хабаровском крае по протесту прокурора Вяземского района в соответствие с Федеральным законом «О теплоснабжении», Бюджетным кодексом Российской Федерации приведено постановление администрации сельского поселения «Поселок Шумный» от 02.12.2016 № 83 «О порядке предоставления хозяйствующим субъектам субсидий на возмещение убытков, связанных с реализацией твердого топлива (уголь) населению для нужд отопления», которое необоснованно наделяло органы местного самоуправления сельских поселений полномочиями в сфере теплоснабжения, предоставляло возможность принятия муниципальными образованиями расходных обязательств в этой сфере.
В ряде случаев органы местного самоуправления не предусматривали в правовых актах обязательные положения, не содержали порядок принятия решений.
К примеру, в Амурской области решением Белогорского городского суда удовлетворены требования прокурора города о признании недействующим с момента издания правового акта постановления администрации города Белогорск, которым утвержден Порядок предоставления субсидии юридическим лицам (за исключением муниципальных учреждений), индивидуальным предпринима­телям на возмещение затрат, связанных с проведением мероприятий по до­рожной деятельности муниципального образования город Белогорск, который предусматривал коррупциогенный фактор в части отказа от конкурсных (аукционных) процедур.
В Магаданской области в постановлении мэрии г. Магадана «Об утверждении Положения о порядке установления родительской платы за присмотр и уход за детьми в муниципальных дошкольных образовательных учреждениях муниципального образования «Город Магадан», реализующих образовательные программы дошкольного образования, и предоставления льгот отдельным категориям родителей (законных представителей)» отсутствовал порядок и сроки возврата излишне уплаченной родительской платы. По требованию прокуратуры города Магадана нормативный правовой акт изменен, коррупциогеннные факторы из него исключены.
Прокурорами продолжается сплошной мониторинг проектов и самих нормативных правовых актов и, прежде всего, реализуются меры, направленные на предупреждение принятия незаконных правовых актов.

Л.Г. АЛЕКСЕЕВА,
старший прокурор отдела по надзору за исполнением федерального законодательства управления Генеральной прокуратуры РФ в Дальневосточном федеральном округе, старший советник юстиции.