87

15 июня 2018 в 15:11

Будни доктора Смолиной

...Почти полвека по одному и тому же маршруту – в Республиканскую больницу. Почти полвека у операционного стола! И тысячи спасенных, для которых имя хирурга Галины Смолиной значит то же, что слово «жизнь».

Она решила – класс одобрил
В трудовой книжке хирурга-проктолога Галины Николаевны Смолиной – одна-единственная запись. Cделана она кадровиком Республиканской больницы в далеком 1969 году – сразу после того, как окончив Новосибирский медицинский институт, новоиспеченный доктор вернулась домой, в Якутск.
Хирургическое отделение Республиканской больницы тогда располагалось в деревянном здании на Областной. Два этажа, не так уж много палат. Но именно сюда везли пациентов с серьезными патологиями со всей Якутии, и именно здесь собрался весь «цвет» республиканской хирургии той поры. Так что, вспоминая далекий 1969-ый, Галина Николаевна и сейчас повторяет, что ей очень, очень повезло: «Это была настоящая школа…»
Между тем, свой путь в медицине Галина торила сама – безо всякой протекции-поддержки. Медиков в семье не было. Первой, кто решил ступить на эту нелегкую стезю, оказалась она – внучка корейских переселенцев, которые в далекие 30-ые годы перебрались из Кореи сначала в Алдан, а затем уже навсегда осели в Якутске, где она родилась, закончила школу…
Это были времена, когда каждый потенциальный абитуриент сначала должен был получить рекомендацию от школьной комсомольской ячейки.
— Да, если кто-то заявлял, что хочет идти в вуз, класс обсуждал его кандидатуру, причем, очень строго, – вспоминает Галина Николаевна. – И это было правильно! Потому как служило своего рода фильтром, который иногда сразу отсеивал тех, кому в медицине просто нечего делать…
Ее «грызть» гранит медицинских наук благословили не только одноклассники, но и родители, которые горды были тем, что дочка, первая в роду, отважилась штурмовать один из серьезнейших медвузов Советского Союза – Новосибирский.
Сама же Галя, добравшись до города на Оби, вдруг запаниковала. Наплыв абитуриентов со всех ближайших регионов оказался огромен. Конкурс – высочайшим. «Хочу домой», – написала она домой в первом же письме.
— И получила такой ответ от папы, который меня и успокоил, и отрезвил. «Ты старшая, на тебя равняются. Соберись и – поступай». И такое это было мудрое письма, что я успокоилась, настроилась и…поступила! – вспоминает Галина Николаевна.

Ее выбор
Там, в институте, она сделает выбор, который окружающих немало изумит. Потому что выбор оказался совсем не женским. Это была не гинекология, не педиатрия и не терапия, куда обычно идут девушки, а хирургия, всегда считавшаяся делом сугубо мужским.
— Зато тут сразу видишь результат своего труда: отрезал, больной поправился и пошел домой, – шутит Галина Николаевна.
Впрочем, хотят в хирургию многие. Остаются в ней – единицы.
За той легкостью, с которой сегодня она определяет суть своей специальности, годы сложнейшей практики, когда было все: и многочасовые операции, и бесконечные вылеты санавиацией к тяжелейшим больным, и горькие поражения, и великие удачи… Но сколько бы сил все это у нее не отняло, и сколько бы не добавило седых волос, и сейчас, 50 лет спустя, о своем выборе она не жалеет. Потому что в ее случае, с ее характером, это оказалось попаданием в «десятку»: умение в критической ситуации за доли секунды принять единственное верное решение – это про нее и таких, как она.

Сестры – асы…
Свою первую самостоятельную операцию она помнит и сегодня. Так, как помнят первый шаг своего ребенка – до мелочей.
— Классика жанра: это был аппендицит, – вспоминает Галина Николаевна. – Рядом со мной у стола стояла легенда нашего отделения, старшая медицинская сестра Нина Даниловна Меньшенина, которая все повторяла: «Что ты так дергаешь?» И подсказывала: «Тут сделай так! А здесь лучше так…»
— Советовала вам, врачу?
— Она была старше меня, начинающей, и опытней. В нашем отделении вообще сестры асами были – ведь через эту деревянную двухэтажку уже тогда шел вал больных. Однажды, в первые месяцы работы, пришлось принимать молодую пациентку с подозрением на аппендицит. Я начала ее смотреть, а одна из медсестер говорит: «Да у нее же внематочная беременность – ей в гинекологию надо». Я говорю: «Не может быть!» Она на своем стоит. В итоге, и правда внематочная. Вот что значит опыт…

…и хирурги от Бога
Опыт и клиническое чутье, умение тщательно собирать анамнез, чтобы в конце концов распутать «клубок» неясных симптомов, дойдя до первопричины недуга, – вот чем всегда славилась советская медицинская школа. Вот почему даже тогда, когда у врачей не было ни компьютерных томографов, ни МРТ, ни хороших хирургических инструментов им все равно удавалось спасать самых безнадежных.
— Николай Иванович Окоемов, Вера Фадеевна Фаберкевич, Ким Софронович Павлов, Геннадий Ефимович Щербаков – это были хирурги от Бога, – вспоминает Галина Николаевна своих коллег. – Даже просто постоять с ними за операционным столом означало чему-то научиться – таков был уровень. И при этом никогда не отказывались помочь тебе разобраться с непонятным больным… Заведующим хирургическим отделением Республиканской больницы тогда был Иван Семенович Самсонов. Весьма своеобразный человек: рассказываешь ему о чем-нибудь, а он тебя, кажется, и не слышит. Выслушал, пошел прочь. А спустя какое-то время вдруг неожиданно возвращается к тому же вопросу: «Значит, сделай так!..» Все это время он, оказывается, решение искал.
Так вот, помню, однажды в декабре привезли больную из Алдана: коротенькую, полненькую и с подозрением на аппендицит. Операция была экстренная, начали в 3 часа ночи. Вроде все как всегда, да только в большом животе пациентки никак аппендикс не находился. Время идет. Операционная бригада чуть не плачет… Решили вызвать из дома Ивана Семеновича. Он пришел: глубокой ночью, пешком. Помылся, облачился, встал за стол, окунул палец в рану и – выудил оттуда злополучный отросток. Развернулся и в ординаторскую – досыпать. Ни слова упрека!..

Тревоги и надежды
Сегодня учителем называют уже ее. А местные медицинские интернет-форумы полны благодарности доктору Смолиной – одному из ведущих хирургов-проктологов Якутии.
Почему проктология? Потому что рак прямой кишки и сопутствующие ему недуги – одна из тревог современной медицины. Вот почему, как только проктология выделилась из общей хирургии в отдельную специальность, Галина Николаевна решила себя этому полностью посвятить. Тем более что специалисты такого профиля в Якутии наперечет.
— Заболеваемость раком толстой кишки неуклонно растет по всему миру. Причем, это всегда операции тяжелые, большого объема, – говорит она. – Хотя сейчас все чаще удается спасать даже запущенных больных: поменялись технологии диагностики и лечения, оснащение операционных и т.д. Изменилось и мастерство хирургов. Если раньше спустя даже 5 лет с начала работы трудно было сказать, выйдет из молодого хирурга толк или нет, то сейчас они показывают замечательные результаты. Потому что качественнее стали инструменты, шовный материал, коагуляторы появились. Операция проходит быстрее, а значит, меньше риск осложнений…
И все-таки ее тревожит то, что очень часто пациенты попадают к ним уже на поздних стадиях. «Многие не любят проходить колоноскопию, оттягивая до последнего. А потом бывает поздно… Увы, сказывается и нехватка аппаратов, что создает очередь. Впрочем, когда-то в Якутске было сложно сделать и ФГДС, сейчас все изменилась: появилось оборудование, подготовлены специалисты. Будем надеяться, начнет меняться ситуация и с колоноскопией», – говорит Галина Николаевна, не забывая дать совет читателям после 65 лет: раз в год обязательно обследоваться при помощи колоноскопа.
Впрочем, ей самой невозможное удавалось и тогда, когда в арсенале докторов еще не было многого. Одну из таких пациенток с онкологией она запомнит особо. Потому что, прооперировав и фактически вытащив с того света, она потом еще специально для нее носила дома еду – чтобы та набралась сил. А когда пришло время выписываться и возвращаться домой, в район, пациентка на радостях еще и денег на дорогу у доктора попросила.
«Ну, что делать? Дала!», – смеется Смолина, для которой врачевать всегда значило куда больше, чем просто избавлять человека от физических мук…

Такие будни
…Однажды в очередной санитарный рейс ее вызвали посреди ночи. Муж был в отъезде, поэтому, схватив в охапку спящего сына, она привезла его в свое отделение, уложила в ординаторской, и, поцеловав, помчалась на аэродром.
Когда ее 3-летний Ричард проснулся, он, привычно вскарабкавшись по деревянной лестнице старой хирургии на второй этаж, сел у дверей операционной, сказал постовой сестре: «Скажите маме, что я тут!» И уснул.
Таковы были будни доктора Смолиной и ее, все понимающей семьи…
В итоге, по стопам Галины Николаевны не пошел никто: ни сын, ни внуки. «Насмотрелись на меня!» – смеется она.
Зато те, к кому на протяжении почти 50 лет она летела, ехала, неслась, спешила, чтобы, встав за операционный стол снова кого-то спасти, все продолжают называть Галину Смолину так, как говорят только про очень дорогих людей – «наш доктор»…


17 июня медики России отмечают свой профессиональный праздник. Цветы и благодарности принимают в эти дни те, кто, помогает людям родиться и спасает их от боли, кто выхаживает и возвращает в обычную жизнь…

С праздником вас, люди в белых халатах!