471

11 декабря 2015 в 19:52

Два Василия – два героя войны

Это удивительно, но судьбы двух воинов-якутян, павших смертью храбрых в боях за Родину в годы Великой Отечественной войны - Василия Прокопьевича Самойлова и Василия Николаевича Гурьева – очень похожи. Тезки. Одногодки.

Оба ушли на фронт с Орджоникидзевского военкомата в июле 1941 года, в самом расцвете сил — в 31 год, оставив в тылу жен и малолетних детей. Оба были людьми образованными, грамотными, писали статьи для местных газет, хорошо владели как якутским, так и русским языками, оба до войны работали на ответственных постах, были большими тружениками. И судьба так распорядилась, что оба Василия не вернулись с войны…

Значится пропавшим без вести

Конечно, они не могли знать, что спустя много лет после окончания Великой Отечественной, уже в мирное время, их, двух Василиев, двух героев войны, отдавших свои жизни за мирное будущее, навсегда соединит и родственная связь – их дети, единственный сын Василия Прокопьевича, Михаил, и дочь Василия Николаевича, Светлана, создали крепкую семью.

13_20151211102143_88433

…С Ольгой Михайловной Гаврильевой, внучкой В.П. Самойлова и В.Н. Гурьева, я встретилась в музее им. Е. Ярославского. Как известно, здесь с мая действует выставка «Реликвии Великой Отечественной…», посвященная 70-летию Победы. И на ней, в частности, представлены дорогие сердцу реликвии двух семей – очень подробные, содержательные фронтовые письма Василия Прокопьевича Самойлова и краткие, словно летящие, телеграммы Василия Николаевича Гурьева, которые бережно сохранили до наших дней их жены — Варвара Васильевна Самойлова и Анна Исаевна Гурьева.

Для Ольги Михайловны и ее семьи эти фронтовые письма и телеграммы не просто память о войне, о подвиге, который совершили их предки, а нечто большее — это пример безграничной любви и тяги к жизни, несмотря ни на какие обстоятельства, это неистребимая вера в лучшее, а, самое главное — это посыл будущим поколениям.

— У обоих моих дедушек Василия Прокопьевича и Василия Николаевича была короткая, но яркая, как звезда, жизнь, — говорит она. — Яркая, потому что даже спустя столько лет, она дарит свет людям. У них не было наград, но для нас они – герои, которыми надо гордиться, о которых надо рассказывать.

С Ольгой Михайловной мы стоим у стенда, посвященного Василию Николаевичу Гурьеву. Оказывается, он был родом из с. Чакыр Чурапчинского района. Молодой человек был очень способным, ему легко давалась учеба — освоив грамоту только в 16 лет, в 18 он уже стал председателем колхоза им. Кэнчэри. В 1938 году с отличием окончил Якутскую национальную военную школу, в том же году стал членом ВКП (б). Вначале работал в городском отделе военного дела, потом его назначили начальником Покровской военной школы. А зимой 1940-1941годов Василий Николаевич обучал призывников военному делу, работал инструктором политсектора по кадрам Центрального Совета Осоавиахима в Якутске. Затем был назначен председателем Орджоникидзевского райсовета Осоавиахима.

13_20151211102217_62669

В.Н. Гурьев успешно окончил 3-месячные офицерские курсы. А так как он хорошо говорил по-русски, отлично знал военное дело, ему сразу же присвоили звание – лейтенант, минуя младшего лейтенанта. 25 июля 1941 года он был призван в армию.

Василий Николаевич получил назначение в Забайкалье, где в одной из полковых школ готовил для армии младших командиров. Но, конечно, его тянуло на фронт, туда, где решалась судьба Родины. И после очередного выпуска 30 января 1942 года он уехал на фронт вместе со своими выпускниками.

…На музейном стенде – довоенная фотография семьи Гурьевых: Василий Николаевич с женой Анной Исаевной и дочерью Светланой.

— На руках у дедушки — моя мама, — поясняет Ольга Михайловна. – Ей тут несколько месяцев. А вообще у них было пятеро общих детей. Дело в том, первая жена Василия Николаевича умерла, от этого брака остались три дочери. На нашей бабушке, Анне Исаевне, Василий Николаевич женился в 1938 году. У них родились две дочери. И получилось, что когда Василий Николаевич ушел на фронт, Анна Исаевна осталась с пятью детьми на руках! Сохранилась справка от 11 августа 1941 года, которая была выдана дедушке о том, что на его иждивении находится жена, Гурьева Анна Исаевна, 23 лет, дочь Евдокия – 8 лет, Татьяна – 5 лет, Прасковия – 4 лет, Светлана – 1 года и Рая – 1 месяца от роду. Конечно, нашей бабушке было очень тяжело, но она смогла выстоять и вырастить всех детей.

Ольга Михайловна говорит, поскольку Василий Гурьев был офицером, о нем сохранилось очень мало сведений, ведь все было под грифом «секретно». Даже телеграммы, которые приходили от него, были весьма лаконичными — был там-то, еду туда-то и все.

Анна Исаевна сохранила 11 телеграмм мужа, которые были отправлены с августа 1941года по март 1942 года, и два письма.

К примеру, на выставке можно увидеть две телеграммы, отправленные Василием Гурьевым в сентябре 1941 года: «Работаю. Здоров» и «Работаю. Здоров. Передаю привет знакомым».

Последняя телеграмма Василия Николаевича со словами «Едем. Здоров» была отправлена им 14 марта 1942 года из населенного пункта Сабле…

По данным Чурапчинского ОРВК воин-якутянин В.Н. Гурьев пропал без вести в октябре 1942 года. Место захоронения не установлено…

— Наш дедушка значится пропавшим без вести. Бабушка долго и безрезультатно его искала. У нее даже сохранились справки о розыске мужа, датированные 1945-м, 1947-м, 1983-м годами. Все последние годы мы продолжаем поиски. Недавно передали документы одному поисковику из Санкт-Петербурга, который нашел более 130 воинов-якутян, пропавших без вести. Так что мы не теряем надежды, что когда-нибудь найдем то место, где погиб смертью храбрых наш дед и прадед, и, наконец-то, сможем поклонится его могиле.

На музейном стенде можно увидеть и раритет – газетную вырезку военных лет с заметкой В.Н. Гурьева на якутском языке, которую он отправил из Читы. Василий Николаевич пишет, что готовит новых бойцов, что является заместителем командира взвода, секретарем партийной организации. Пишет о том, что начались зимние военные учения и его задача – научить бойцов, как свои пять пальцев, знать нынешнюю военную технику и воевать с малыми потерями. В конце своей заметки он говорит, что бойцы Советской армии будут бороться за счастливое будущее родной страны, за ее освобождение…

Эти письма, пропахшие порохом…

— Если Василий Николаевич отправлял своим родным, в основном, только короткие телеграммы, то Василий Прокопьевич отправлял подробные письма, причем иногда они были на нескольких листах, — говорит Ольга Михайловна. – В них чувствовалась и забота о жене и маленьком сыне, и обеспокоенность проблемами родных, и искренняя заинтересованность в делах родного колхоза, наслега.

Оказывается, до войны Василий Прокопьевич Самойлов, поскольку был человеком грамотным, работал секретарем 1-го Мальджегарского сельсовета, контролером в Орджоникидзевском Райсберкасс. Перед призывом полгода проработал десятником Орджоникидзевского райдоротдела. А родом он был из Орджоникидзевского района (ныне Хангаласский улус), родился в с. Сатинское 1-го Мальжегарского наслега.

В.П. Самойлов был участником обороны Москвы. Погиб в боях за Родину 23 февраля 1943 года. Похоронен в братской могиле с. Брынь Думиничского района Смоленской области. Ольга Михайловна говорит, что когда был жив ее отец, Михаил Васильевич Самойлов, он съездил в Смоленскую область и побывал на братской могиле…

— К сожалению, папа совсем не помнил своего отца, — рассказывает она. — Ведь когда он уходил на фронт, папе было всего 2,5 года. Он был единственным сыном Василия Прокопьевича. Детская память сохранила только чувство тепла сильных отцовских рук, когда он поднимал и сажал сына на коня. И только благодаря письмам, которые сохранила бабушка Варвара Васильевна, мы можем представить, каким человеком был Василий Прокопьевич Самойлов. Она сумела сохранить 40 писем дедушки, из них 27 писем были присланы им с фронта. К сожалению, бабушка была неграмотной, поэтому не могла их прочитать. По всей видимости, ей читали письма мужа родственники, знакомые. Помню, письма она хранила в сундучке. У нее все было аккуратно сложено, перевязано бечевкой, в газету завернуто. Мы много раз переезжали с места на место, но она сумела сохранить эти письма, хотя сама не могла их прочитать. Видимо, эти письма невидимой нитью связывали ее с мужем, с тем военным временем. К сожалению, в 1997 году бабушка умерла. Но мы продолжаем хранить фронтовые письма нашего дедушки и сейчас они являются главной семейной реликвией.

Ольга Михайловна проделала скрупулезную работу: составила хронику фронтовых писем дедушки – с августа 1941 года по февраль 1943 года. По ним можно проследить военный путь Василия Самойлова, узнать об его мыслях, чувствах, заботах, мечтах.

Письма, которые писал В.П. Самойлов родным с фронта, сегодня можно увидеть на музейной выставке. Им посвящен целый стенд. Интересно даже просто рассматривать эти фронтовые письма, написанные чернилами или простым карандашом на тетрадном листе, почтовой открытке, на листочке, вырванном из чьего-то блокнота, на военном бланке «Смерть фашистским оккупантам!», на нескольких листах грубой коричневой бумаги, сшитых между собой и даже на обрывках красноармейской газеты от 12 января 1943 года.

— Эти письма, пропахшие порохом, пропитанные энергетикой и дыханием войны, несут веру в Победу, — говорит Ольга Михайловна. – Мы никогда не видели своего дедушку, но эти письма дали ясное представление, каким он был человеком. Неравнодушным. Заботливым мужем и отцом. Настоящим хозяином. Ответственным работником. Человеком с большим кругозором. Например, он очень беспокоился о безграмотной жене, писал ей, какие льготы как жене участника войны ей должны предоставить, просил, чтобы в сельсовете помогли жене и сыну, беспокоился о бабушке, интересовался, как родные оплачивают налоги, как зимует скот, какова урожайность за 1941-1942 годы, как начали зимовку, как прошел весенний паводок, поменялись ли руководители наслега и колхоза, кто умер или женился, интересовался даже тем, читают ли его родные газеты, что продают в магазинах и каковы цены в городе.

«Желаю вам счастливой жизни..»

Вот что писал Василий Прокопьевич из Читы в октябре 1941 года во время военной подготовки: «Дорогой брат, жена Варвара и все родные, здравствуйте! На всю жизнь оставшее, мое сердце, сыночек Митя, здравствуй! Я хорошо учусь, работаю переводчиком, агитатором среди якутов. Пока замечаний не получал. Зимние дома еще не достроили, поэтому мерзнем. У огня печки не грелись. По утрам в поле за 600 м ходим мыться. Условия суровые. Но жаловаться не стоит. Во всем виноваты фашисты…»

Или вот другое письмо – «Я очень хочу, чтобы ваша жизнь была счастливой! Прошу хорошо ухаживайте и берегите Митеньку, не знаю, удастся ли мне его увидеть…Новости узнавайте из газет. Здесь продукты не продают – говорят, что они есть в городе, но туда нас не отпускают. Один эвенк с высшим образованием Дьяконов нарушил дисциплину – за это его осудили на расстрел. За дисциплину взялись тут крепко, наверняка и у вас тоже. Поэтому старики и дети, имейте ввиду: кто нынче нарушит государственную тайну, тот считается предателем. Поймите это».

В своих письмах Василий Самойлов пишет о том, что очень огорчен, что не получает писем от родных. Действительно, целых полтора года письма до него не доходили! А он каждый день ждал весточки из дома. Письма в то военное время шли долго. Авиапочтой 30 дней, сухопутной почтой 60-70 дней. А сколько терялось по дороге?
Вот он пишет: «Мне хочется от вас получить письмо с подробными новостями: как живете, ваши мысли о жизни, о делах, о соседях, о нашем хозяйстве. Я очень жду от вас хотя бы 2-3 штуки махорки, 1-2 фунта своего масла. Я очень соскучился по родной пище (оладьи, масло)…»

Первое письмо от родных Василий Прокопьевич получил только 24 ноября 1942 года.

А вот что он написал в апреле 1942 года, будучи уже в Смоленской области: «Я желаю вам дружной и счастливой жизни, не сдаваться перед трудностями жизни, а также хорошего здоровья, успеха в воспитании детей (Митя и других), успехов в труде и учебе! За 8 месяцев: из Покровска до Читы добирался с 10 августа до 2 сентября, в Чите учился до 25 ноября. Далее учились до 20.01. 1942. Потом учились за 8 км от Читы действиям прожекторов. Затем учились до 05.02.1942 на бурятской земле недалеко от Улан-Удэ. А с 5 февраля по 2 марта ехали на западный фронт, доехали до г. Сухинич. Длительный путь пролегал через Иркутск, Омск, Москву, Курган и многие другие города России. Ныне с 24 марта едем дальше в сторону Брянска. Тяжести учебы прошли, но закаляли нас здесь как героя книги «Как закалялась сталь» Павла Корчагина. Прочитайте эту книгу…»

Нежностью и любовью пронизаны письма, адресованные жене Варваре.

«Я знаю, дорогая, любимая, что ты много грустишь, скучаешь. Я дважды получил от тебя письмо. В первое письмо вложено письмо Гришки. Я очень обрадовался, на душе полегчало, я успокоился. Но хочется еще больше новостей узнать. Варвара, может вложишь в письма хорошие газетные статьи. Хочется почитать свою газету. Свои газеты «Кыым», «Знамя Севера» очень хорошие, родные! Ребята из Намцев получили газеты, я их читал – весьма доволен… Наверное, мне больше нет смысла ждать посылку, время упущено. Мой адрес на конверте. Вырастите Митеньку хорошим мальчиком, умным, пусть не ждет ежедневно…»

Свое последнее письмо Василий Самойлов написал 7 февраля 1943 года. «Привет с фронта! В последнее время стал получать письма, но не получаю ответы на мои вопросы. 13 вопросов. Моя личная просьба пусть пишут все желающие, девушки пусть пишут на фронт, здесь письма очень ждут. Дайте адреса. Последнее письмо от 23.12.42 получил 25 января 1943г. Ваш Самойлов»

Спустя несколько дней после этого, 23 февраля 1943 года, воин-якутянин Василий Прокопьевич Самойлов погиб смертью храбрых в боях за Родину…

— Наши деды, два Василия, не получили наград, почестей, медалей, — говорит Ольга Михайловна, — но они своей жизнью достойны вечной памяти. То, что сохранилось и дошло до нас, должно получить отклик в наших душах и стать мерилом наших поступков…

фото автора