198

15 декабря 2016 в 09:20

Санкции не сказались на арктическом сотрудничестве

  Президент Университета Арктики Ларс Куллеруд – всегда на острие событий и желанный гость в Якутии. В этот раз Ларс Куллеруд приехал в составе норвежской делегации, состоящей из дипломатов, представителей науки и образования, общественных деятелей. В интервью газете “Ил Тумэн” Ларс Куллеруд рассказал о возглавляемой им Университете Арктики и его вкладе  в гуманитарное и международное сотрудничестве в Арктическом регионе.   

Что такое Арктика? Как определяются ее границы?

— Действительно, существует огромное количество определений Арктики, которую можно определять по таким параметрам, как наличие мерзлоты, средняя температура и многим другим. Однако не всегда люди тех или иных территорий, подпадающих под эти критерии, будут чувствовать себя жителями Арктики. И на мой взгляд, Арктика, в первую очередь, должна быть в сердце, в душе человека, и только потом в научных определениях. 

В Норвегии люди чувствуют себя частью Арктики? 

— Климатические условия и условия жизни во многих регионах Севера характерны и схожи, поэтому и возможен диалог, поскольку есть одни проблемы. Я вырос в маленькой деревушке в горной части Норвегии, где люди занимались сельским хозяйством, разведением коров и овец. Условия такие же, как и в Якутии, с тем отличием, что температура не опускалась до – 50 С. Минимум доходило до -20, -30 С.

Вы принимали участие в создании Университета Арктики?

Нет, я не был инициатором создания Университета Арктики, однако руковожу им с 2002 года, когда организация заработала в полную силу. Университет Арктики был создан по предложению Арктического совета на основе Циркумполярной ассоциации университетов (CUA) в 1999 году. В 2002 году Университет Арктики получил официальный статус наблюдателя в Арктическом совете. В 2006 году был создан Информационный центр Университета Арктики в Якутском государственном университете. 

Какова миссия организации?

— За годы существования Университет Арктики стал влиятельной организацией, включающей в себя 170 университетов, в которых обучается почти два миллиона студентов, работает свыше 200 тысяч исследователей. Как мне кажется, сила Университета Арктики в ее принципах – демократичности, открытости, сетевой форме взаимодействия, направленности на решение общих проблем жителей северных регионов.

Думаю, Арктика — основная область взаимодействия между нашими странами. Если говорить о практических моментах, то мы ведем совместную деятельность в области образования, здравоохранения и инноваций. Ученые всегда отдавали приоритет инновационным областям. Сегодня инновации важны как никогда.

Имеет ли университет собственные академические программы?

— Нет, мы не являемся университетом в классическом понимании этого слова. Университет Арктики – форма сетевого сотрудничества между университетами. Конечно, если брать наших партнеров, например, во Франции, только небольшая часть занимает арктический вектор, то же самое и в МГУ.

Если мы говорим о СВФУ, то здесь очень сильный уклон на северные исследования. Если даже это инженерные науки, необходимо учитывать особенности Севера при строительстве дорог и зданий в условиях вечной мерзлоты. Например, педагоги превносят изменения в методику преподавания с учетом национальных особенностей и северной культуры в целом. Таким образом, арктический подход затрагивает широкий круг дисциплин.

Сложно ли быть президентом такой большой организации?

— Конечно, это много работы и большая ответственность. До прихода в Университет Арктики я занимался наукой, и думаю, что скучаю по ней. Перед тем как присоединиться к команде Университета Арктики, я руководил Арктической программой ЮНЕП (Программа ООН) Grid-Arendal. Изучал геологию докембрия и геохимию изотопов, разрабатывал геостатистические методы оценки запасов нефти и состояния окружающей среды Арктики. Когда удается, с радостью занимаюсь исследованиями и полевыми работами. К сожалению, это происходит не так часто, как хотелось бы. 

Сказались ли санкции на арктическом сотрудничестве?

— Хочу сказать, что никакие санкции не повлияли на темпы международного арктического сотрудничества, совместных исследований и проектов. В международном сообществе есть понимание того, что Арктика – это зона мира и сотрудничества. И американцы, и европейцы хотят сотрудничества в в Арктике.  Мне отрадно видеть, что уровень сотрудничества между странами Арктического совета вырос еще сильнее. Речь идет не только в сотрудничестве Норвегии и России, но и о сотрудничестве между всеми странами Арктического совета.

Недавно мы в рамках Арктического совета разработали обязывающее соглашение, которое даст возможность снижать проблемы в получении виз между университетами и научными сообществами, которые входят в Университет Арктики. Соглашение предусматривает совместные исследования и внедрение программ академической мобильности студентов в университетах России, Канады, США и пяти арктических стран — Швеции, Норвегии, Финляндии, Дании, Исландии. Это также касается транспортировки материалов и оборудования для научных проектов в сфере исследования Арктики. Нам нужно снижать визовые барьеры для научных и студенческих обменов. Подписание соглашения ожидается в апреле-мае следующего года.

Выступая перед студентами СВФУ, вы представили итоги международного мониторинга публикационной активности вузов по арктической тематике. Какое место занимает федеральный университет в рейтинге? 

— СВФУ стал лидером по числу публикаций об Арктике и Севере среди российских вузов за последние десять лет. Университет Арктики за годы существования стал влиятельной организацией, включающей в себя 170 университетов, в которых обучается почти два миллиона студентов, работает свыше 200 тысяч исследователей.

Надеюсь, что исследование поможет найти ответы на многие вопросы, которыми задаются северные университеты – где мы находимся, и куда идти. Исследование показывает, что публикации на арктическую тематику на русском языке сопоставимы с объемом англоязычных статей.

Что касается СВФУ, исследование показывает абсолютное лидерство университета в русскоязычном сегменте публикаций. Информационной базой исследования выступила база данных Российского индекса научного цитирования. Однако федеральный университет не входит в число лидеров по публикациям, индексируемым в научной базе данных Scopus. В мировые лидеры по этому показателю выбились Российская академия наук (за счет большого числа подведомственных организаций) и Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова. Конечно, количественные показатели не являются гарантией качества исследований, но задают основное направление развитию университета.

Дмитрий ОСИПОВ