3546

11 января 2016 в 15:48

Социально-экономическое развитие Дальнего Востока: проекты и реалии

Социально-экономическое развитие Дальнего Востока в 2015 году проходило в неоднозначных условиях.

С одной стороны, на нем не могли не сказаться общеэкономические проблемы страны. Более того, западные санкции затронули и некоторые дальневосточные проекты, например, Южно-Киринское газовое месторождение (проект «Сахалин-3») и Комсомольский НПЗ «Роснефти». С другой стороны, запуск новых проектов и продолжающаяся реализация старых сыграли свою позитивную роль. В результате динамика ключевых показателей была или положительной, или не столь негативной, как в стране в целом. В целом Дальний Восток оказался одним из относительно успешных регионов страны.

В течение года шло постепенное, но не очень быстрое продвижение целого ряда новых инвестиционных проектов. Ключевое значение на Дальнем Востоке имеют сейчас проекты в области ТЭКа, а также связанные с ними инфраструктурные проекты. Продолжается постепенное превращение Дальнего Востока в один из ведущих нефтегазовых регионов страны. Если до сих пор главную роль в этом играл Сахалин (где планируется дальнейшее расширение производства сжиженного природного газа), то теперь все более важным нефтегазовым регионом становится Якутия. Стартовало строительство экспортного газопровода «Сила Сибири», по которому в Китай через несколько лет начнет поступать газ из Якутии и Иркутской области. С новым газовым потоком связан еще один крупный проект — Амурского газоперерабатывающего завода. Кроме того, в течение года рос экспорт нефти в восточном направлении через порт Козьмино. Для дальнейшего расширения экспорта требуется модернизация нефтепровода ВСТО, которая включена в последние инвестиционные планы «Транснефти».

Повышенное внимание уделяется и угольной промышленности. В 2015 г. были приняты решения об отборе правительством приоритетных инвестиционных проектов (всего их было определено шесть), а также проектов, предназначенных для софинансирования со стороны заработавшего, наконец, Фонда развития Дальнего Востока и Байкальского региона (также шесть проектов). В эту группу попали сразу три угледобывающих проекта (в Якутии, Хабаровском крае и на Сахалине) и один проект угольного портового терминала (Хабаровский край).

Позитивные сдвиги намечаются в металлургии, включая традиционное для территории производство драгоценных металлов. Одна из ставок сделана государством на железную руду: в число приоритетных попал проект железорудного ГОКа в Якутии, подготовлен к запуску ГОК в Еврейской АО (в связи с чем ведется строительство железнодорожного моста в Китай). Другой приоритет — это золото. Заработали новые месторождения золота в Магаданской области. На перспективу обозначена поддержка государством одного золотодобывающего проекта в Амурской области и сразу двух на Камчатке. По всей видимости, ускорится и освоение крупнейшего Наталкинского месторождения в Магаданской области, начало которого постоянно откладывалось из-за проблем с энергоснабжением.

Таким образом, главное внимание на Дальнем Востоке по-прежнему уделяется сырьевой экономике и взаимосвязанным с ней инфраструктурным проектам (включая модернизацию Транссиба и БАМа, которую предполагается проводить с привлечением средств ФНБ). В той же логике и возросший интерес государства к рыбной отрасли Дальнего Востока, где был проведен ряд содержательных обсуждений (в т.ч. на площадке Госсовета), определивших правила игры на перспективу (изменение принципов предоставления квот), а также обозначивших создание в Приморском крае крупнейшего рыбного кластера страны. Что касается обрабатывающей промышленности, то она явно отстает. Тем не менее, государство определилось с финансированием новой судоверфи «Звезда» — с использованием средств «Роснефтегаза». За счет госзаказа неплохо себя чувствует авиастроительный завод в Комсомольске-на-Амуре. С большими трудностями, но все-таки реализуется амбициозный проект превращения Дальнего Востока в новый центр российской космонавтики: строительство космодрома Восточный затянулось и сопряжено с множеством скандалов, но после вмешательства главы государства выходит, наконец, на финишную прямую.

В результате сложилась ситуация, когда развитие Дальнего Востока продолжается по инерции, тогда как новые проекты находятся, как правило, на начальной стадии и не дают немедленного эффекта. Тем не менее, актуальные тренды развития территории выглядят по российским меркам вполне позитивно, хотя относятся далеко не ко всем регионам. Например, в то время как Россия испытывает спад в промышленности, на Дальнем Востоке произошел рост на 3% (по данным Росстата за январь-октябрь 2015 г.: в России за этот период промышленный спад составил 3,3%). Драйверами роста стали наиболее успешные сырьевые регионы — Сахалин (на 14,4%) и Якутия (на 5,9%). Однако ряд регионов переживали заметный спад в промышленном секторе: в Амурской области он составил 9,1%, в Еврейской АО — 9,9%, а на Чукотке и все 12%. Из крупных регионов заметным оказался спад промышленного производства в Приморье (на 5,3%).

Схожая ситуация сложилась с инвестициями: на фоне общероссийского спада на 5,8% Дальний Восток показал их рост на 4,8% (по данным Росстата за январь-сентябрь 2015 г.), однако, крайне неравномерный. Явными лидерами по объемам инвестиций оставались все те же Сахалин (166,1 миллиардов рублей за тот же период) и Якутия (133,9 миллиардов рублей), причем на Сахалине был и существенный рост — на 14%. Позитивным трендом и очень важным залогом на будущее стал резкий рост инвестиций в Амурской (на 59,6%) и Магаданской (на 59,3%) областях, которые характеризуются неустойчивым социально-экономическим положением (на текущую ситуацию в этих регионах, как мы увидим ниже, это, к сожалению, не влияет). В результате объемы инвестиций в Амурской области (66,2 миллиардов рублей) вышли на уровень Хабаровского края (66,6 миллиардов рублей), но все-таки остались меньше, чем в Приморском крае (74,1 миллиардов рублей).

В то же время «столичный» регион Дальнего Востока — Хабаровский край, наоборот, пережил крупный спад инвестиций — на 27,5%. Всего же снизились инвестиции в пяти регионах ДФО из девяти — Хабаровском крае, Приморском крае, Якутии, на Чукотке и Камчатке. Не внушает оптимизма существенный их спад в Приморском крае — на 7%. Тем самым «центральные» регионы Дальнего Востока продемонстрировали негативные тренды в привлечении инвестиций, в отличие от ряда окраинных сырьевых регионов. Ключевые ТОРы, создаваемые именно в этих регионах, ситуацию пока не изменили.

Неоднозначная ситуация сложилась и в строительном секторе. На Дальнем Востоке он все-таки снизил свои обороты (на 5,2% за январь-октябрь 2015 г.), хотя и не в такой степени, как в России в целом (спад на 10,3%). Интересен резкий рост в Амурской области — на 74,2%, совпавший с притоком инвестиций в этот регион. Однако недополучившие инвестиции Приморский и Хабаровский края показали еще больший спад в строительстве, первый — на 20%, второй — на 21,7%. Почти на 40% ухудшился этот показатель в Еврейской АО. Даже на Сахалине строить стали почти на 15% меньше. Якутия же выделилась в лучшую сторону на общем фоне, просто сохранив прежние объемы строительства.

Актуальными остаются структурные проблемы дальневосточной экономики. Рост в промышленности и в объемах инвестиций имел преимущественно «сырьевой» характер. В других секторах явных положительных сдвигов не отмечалось. Примечательно, например, что в аграрном секторе спад в первом полугодии 2015 г. (по данным Росстата) произошел во всех южных регионах, там, где АПК имеет существенное значение (Приморский и Хабаровский края, Амурская область, Еврейская АО). Причем в регионах с солидной долей сельского населения спад составил немалые 7,2% в Амурской области и 13,4% в Еврейской АО. Рост сельхозпроизводства в северных регионах, в т.ч. резкий — на Чукотке (по данным Росстата объем производства продукции с/х в ЧАО в январе-июне 2015 г. составил 76,6 % к соответствующему периоду прошлого года, т.е. снизился) не имеет столь важного значения, поскольку там АПК не является отраслью специализации.

Чукотка вообще год от года отличается постоянными скачками своих экономических показателей (строительные работы, например, выросли там более чем в пять раз).

В сложившихся условиях пока не удается решить социальные проблемы Дальнего Востока, о чем свидетельствует продолжающийся миграционный отток населения, затронувший в этом году все субъекты ДФО. За январь-сентябрь 2015 г. Дальний Восток, по данным Росстата, покинули 199,5 тыс. чел., а прибыли 181,6 тыс. В целом по федеральному округу интенсивность оттока не выросла, но миграционное сальдо везде было отрицательным. Причем темпы убыли населения выросли в одном из ключевых регионов — Хабаровском крае.

Тем не менее, в целом Дальний Восток на российском фоне выглядит неплохо по динамике своих социальных показателей. Например, ДФО удержал уровень реальных доходов населения (за январь-сентябрь 2015 г. они, по данным Росстата, выросли на 0,2%), тогда как по России этот показатель упал на 4,2%. Однако доходы граждан серьезно снизились в Магаданской области — на 11,4%. Интересно, что в Хабаровском крае, в условиях негативной динамики общеэкономических показателей, реальные доходы населения, наоборот, показали рост на 6,4%. В остальных регионах доходы населения изменились не очень существенно, что само по себе неплохо.

Почти удержался на уровне прошлого года объем розничной торговли, являющийся хорошим индикатором социального благосостояния: в ДФО он снизился на 1% (за январь-октябрь 2015 г., по данным Росстата), а в России в целом — на 8,8%. Более существенное снижение оборота розничной торговли (на уровне более 5%, но все равно ниже среднероссийского) продемонстрировали только Амурская и Магаданская области.

Рост цен на Дальнем Востоке в целом соответствовал общероссийскому уровню: индекс цен на продовольственные товары в октябре 2015 г. к декабрю 2014 г. составил 110,3% (по России — 111,2%). Однако настораживает очень заметный рост цен в удаленных регионах — явное следствие их изолированного положения. Например, на Камчатке цены на продовольствие выросли на 10,6%, на Чукотке — на 9,5%, в Магаданской области — на 11,4%. Таким образом, в Магаданской области снижение доходов населения сочеталось с ростом цен и спадом в торговле, что позволяет считать ее особенно проблемным регионом. Нельзя, увы, сказать, что в каком-либо из регионов ДФО существенного роста цен не произошло.

Безработица на Дальнем Востоке остается на умеренном уровне. Данные Росстата, полученные по итогам выборочных обследований населения в августе-октябре 2015 г., свидетельствуют о том, что безработица в ДФО (5,8%) почти не отличается от среднероссийской (5,3%). В худшую сторону, однако, выделяются Еврейская АО (7,6%), что ожидаемо, но и Якутия (7,2%), что свидетельствует о наличии проблем на рынке труда в этом относительно благополучном регионе. В то же время в остальных северных регионах — на Камчатке, Чукотке, в Магаданской области безработица не превышает 4%.

Обращает на себя внимание и не самая плохая финансово-бюджетная ситуация. Рост доходов консолидированных региональных бюджетов оказался в ДФО выше среднероссийского (15% и 6% соответственно), причем он произошел именно за счет собственных доходов, выросших на 25%, а не федеральных трансфертов, снизившихся на 11% (в расчетах мы опирались на данные Федерального казначейства, сравнивая январь-октябрь 2015 и 2014 гг.).

Опять же прирост был обеспечен в первую очередь самым финансово благополучным регионом ДФО — Сахалином (рост доходов на 51%, в т.ч. собственных налоговых и неналоговых доходов — на 56%). Но собственные доходы заметно росли также в Якутии (на 24%), Магаданской (на 20%) и Амурской (на 11%) областях, на Чукотке (на 46%). Однако Хабаровский край и Еврейская АО, наоборот, продемонстрировали негативные тенденции. В Хабаровском крае бюджетные доходы снизились на 10% (в т.ч. собственные — на 2%), в Еврейской АО — на 6% (собственные — на 4%). Впрочем, мы видим, что негативным образом на ситуацию с доходами (а также на вынужденное снижение некоторыми регионами расходов) влияло на Дальнем Востоке именно сокращение федеральной помощи, а не сбор налогов на территории.

Федеральный центр, создавая в ДФО новые институты развития и одобряя инвестиционные проекты, начинает менять свое отношение к региону. Центр хочет, чтобы Дальний Восток стал развивающимся и самодостаточным. Этого еще не случилось, но объемы трансфертов, идущих из Москвы, уже падают. Это особенно заметно на примере Хабаровского края (снижение трансфертов на 34%), Магаданской (на 24%) и Амурской (на 12%) областей.

Но здесь как раз и возникает неудобная ситуация, когда регионы ДФО, кроме Сахалина с его уникальным бюджетным профицитом, не готовы к финансовой самостоятельности. Признаком тому стал рост долговой нагрузки, оказавшийся гораздо более серьезным, чем по России в целом (расчеты по данным Минфина на 1 ноября 2015 г., в сравнении с 1 ноября 2014 г.). Если по России госдолг субъектов федерации вырос за исследуемый период на 21%, то по ДФО — на 46%. Повышенная долговая нагрузка — отношение госдолга к бюджетным доходам — отличает сейчас Амурскую и Магаданскую области, Еврейскую АО и Чукотку. При этом в Магаданской области в 2,2 раза вырос и сам объем долга, негативная динамика характеризовала также Приморский (рост в 4,3 раза) и Хабаровский (рост на 68%) края, Камчатку (рост на 75%), хотя там сами объемы долга пока не критичны для бюджета.

В результате регионам непросто реализовать свои социальные обязательства, хотя пока власти с ними справляются. Например, в сфере здравоохранения ДФО продемонстрировал рост расходов на уровне больше общероссийского. Расчеты на основе данных Минфина при сравнении января-октября 2015 г. с аналогичным периодом 2014 г. показали, что на Дальнем Востоке расходы консолидированных региональных бюджетов на здравоохранение выросли на 10%, а по России в целом — на 5%. Зарплата в этом секторе во всех регионах уже существенно выше средней. По итогам первого полугодия 2015 г. зарплата врачей превышала среднюю по региону минимум на 27% (в Якутии) и даже в два раза (в Еврейской АО). Но вот бюджетные расходы на образование выросли незначительно (на 3% и по стране в целом, и по ДФО), а уровень зарплат в этом секторе заметно ниже, чем в здравоохранении. Так, на Сахалине и Чукотке, по итогам первого полугодия, зарплата в сфере образования просто соответствовала средней зарплате в регионе. Впрочем, в остальных регионах ДФО она превышала средний уровень минимум на 24% (в Якутии, Еврейской АО), но максимум — на 35% (на Камчатке). Тем самым регионы ДФО выполняли требования «майских указов» президента, но в здравоохранении это получалось заметно лучше, чем в образовании.

Зато явной жертвой бюджетной экономии становится ЖКХ с темпами снижения расходов, превышающими средние по стране, — падение на 7% в ДФО и на 3% по стране в целом (учитывая, что на Дальнем Востоке эти расходы всегда выше, чем на остальной территории России в связи с более высокой потребностью, особенно в удаленных районах). Несколько снизились расходы на дорожное хозяйство — на 2% (при росте по России на 6%). В бюджетах на будущий год регионы ДФО постарались сохранить социальную составляющую своих расходов, но запас прочности невелик, о чем свидетельствует рост госдолга.

Некоторые регионы уже в этом году заметно сокращали бюджетные расходы в целом, особенно Амурская область (на 15% за январь-октябрь 2015 г. в сравнении с аналогичным периодом 2014 г.) и Еврейская АО (на 13%). Бросалось в глаза почти тотальное сокращение социальных расходов в проблемной с финансово-бюджетной точки зрения Амурской области (на 18% на социальную политику, на 14% на образование, на 10% на здравоохранение, а на ЖКХ и вовсе на 31%). Бюджеты Магаданской области, Еврейской АО, Хабаровского края отличались, по нашим расчетам по состоянию на 1 ноября, большим дефицитом, превышавшим 10%. Хотя, Сахалин, наоборот, остается уникальным в современной России регионом, где доходы существенно превышают расходы (профицит его бюджета превысил 30%, а в прежние месяцы был еще выше). В этих условиях, кстати, было принято решение о том, что основная часть финансирования новой федеральной целевой программы социально-экономического развития Курильских островов, которая начнет действовать с 2016 г., ляжет в первые годы на областной бюджет.

Таким образом, Дальний Восток, с одной стороны, не демонстрирует негативной динамики в своем социально-экономическом развитии. В первую очередь это — результат постепенной реализации прежних сырьевых проектов, т.е. сложившейся и в данном случае неплохой инерции. Стоит напомнить, что многие дальневосточные проекты — это просто до сих пор не реализованные проекты советского периода, когда местные ресурсы еще не были введены в оборот в силу своего удаленного географического положения и отсутствия спроса. С другой стороны, запас прочности у Дальнего Востока невелик, и это демонстрирует постепенное нарастание бюджетных проблем, пусть и не имеющих пока критического характера. Центр, со своей стороны, все больше рассчитывает на самостоятельное развитие Дальнего Востока, создает для этого условия, но не дает много денег. Но многочисленные новые проекты, от которых зависит стратегическая перспектива ДФО, должны еще состояться, на это требуется не один год. Все это означает, что ближайшие годы могут стать для Дальнего Востока периодом неустойчивого развития, высоких ожиданий и сложных текущих реалий, а также острых межрегиональных диспропорций.

Источник: Eastrussia.ru, ЯСИА